В расчёте — УСН, страховые взносы по ставке резидента Арктической зоны, отопление и оплата труда по северным ставкам. Норма отрасли: NPV выше нуля, IRR около 30%, окупаемость 3–5 лет.
6 машин (две по 25 кг, четыре по 12 кг), три сушки, приём вещей в химчистку, без персонала в зале
Открывать. экономика собирается с запасом, ресурсный барьер не мешает.
Группы подготовки к школе, логопед, творческие занятия, продлёнка
Открывать. экономика собирается с запасом, ресурсный барьер не мешает.
Два зала на 8–10 человек, парная, купель, аренда часами
Не открывать. вода и нагрев съедают треть выручки, а запас по тарифу — меньше чем в два раза: ниша пуста не по недосмотру.
Тренажёрный зал 250 м², групповые программы, абонементы
С условием. коммерческих точек нет, но есть четыре муниципальных спортивных объекта — нужен формат, а не просто факт отсутствия.
Два формата готовы к открытию хоть завтра, один требует условий, а баню мы открывать не советуем — и объясняем почему.
Карта, которая всем говорит «да», — это реклама. Мы считаем барьеры и там, где экономика не сходится, говорим прямо: дешевле узнать сейчас, чем после аренды помещения.
Что в городе отсутствует и что окупится: открытые данные, нормативы, опрос жителей, тарифы по счетам.
Экономику до NPV и IRR, с северными ставками и ресурсными барьерами. Отсеиваем то, что не соберётся.
Действующая сеть либо местный предприниматель. Ведём переговоры, ищем оператора.
Бизнес-план под конкретную меру поддержки, заявка, сопровождение до решения и открытия.
Отчёт не создаёт обязательства ни у кого — его читают и кладут в стол. Договор с сетью и поданная заявка на грант создают.
В 2026 году в Мурманской области из 50 млн ₽ на гранты предпринимателям не роздано более 24 млн, а число заявок упало на 16,6%. Деньги есть — не хватает подготовленных заявителей и просчитанных проектов.
Открыть все сервисы стоит 8,4 млн ₽ — столько же, сколько привезти на север 5,6 специалиста. Разница в том, что специалист уедет, если в городе нет быта, а сервисы останутся и будут удерживать следующих.
Это и есть ответ на вопрос, ради которого всё считалось: как сделать, чтобы деньги оседали на этой земле.
Ноль — единственное число, которое нельзя оспорить. Спрос в городе на четырнадцать тысяч жителей поисковые системы не показывают; мы считаем, сколько точек работает физически.
3 из 5 пустых ниш жители назвали сами, когда их спросили, чего не хватает городу.
Там, где машина и люди расходятся, мы это показываем: компьютерный клуб и бассейн жители тоже называли, но они в городе работают — просто о них не знают. Это второй тип дефицита, информационный, и закрывается он без вложений.
Чтобы «городу нужна баня» не осталось нашим мнением, норма берётся из нормативов градостроительного проектирования. Мурманская область относится к северным подрайонам, где нормы по баням и спорту выше базовых.
Источник — СП 42.13330.2016, приложение Д, и нормативы градостроительного проектирования Мурманской области. Длина полосы «работает» условна: норматив задан в мощности, а мы считаем объекты, поэтому строгий вывод делаем только по нулям.
Индекс качества городской среды у города 221 баллов при пороге благоприятной 180 — среда официально хорошая.
Противоречия нет: индекс меряет дворы, освещение и озеленение, а не наличие сервисов. Наша карта закрывает ровно то, чего он не видит.
Рынок услуг выглядит насыщенным вшестеро сильнее, чем он есть на земле: мастера принимают дома, а точкой, куда можно прийти, они не являются.
Любая методика, считающая регистрации, признаёт этот город благополучным и не находит в нём ни одной возможности. Слева — реестровая оценка местного эксперта, справа — точки на открытых картах: множества разные, поэтому говорим «порядка тридцати», а не точное число.